Мои мысли про сию книгу. Сумбурно, скомкано, хаотично, взволнованно, ведь именно такие чувства она у меня и вызвала.
Вообще из-за жары у меня плавится мозг, поэтому, думаю, это не лучшая идея - писать сейчас что-то осмысленное и серьезное.
Кстати, в первый раз читала ее в выпускном классе. Тогда мне было живо, интересно, злободневно, саркастично (московские главы, ершалаимские же читались со скукой и превеликим трудом).
Сейчас - противно. Слишком много злости, ненависти, пошлости. Невыдуманной. Какое-то даже фиглярство. Отнюдь не гротеск. Я было разочаровалась в Булгакове, как в писателе (и никак не могла сопоставить увиденное с его прекрасно написанными заметками и письмами, действительно рукой и душой мастера), а потом решила снова перечитать его биографию и письма, и поняла, откуда это все. Он ненавидел Москву! Поэтому он так о ней пишет. Мне ничего не показалось! Я не просто так отбрасывала эти главы в отвращении и не хотела к ним подходить порой месяцами. Более того, эта ненависть сплелась с ненавистью к советской власти (о чем он сам постоянно всем говорил и писал). Ведь Москва, как столица, была ее оплотом и лицом. Финал все расставил на свои места, как они покинули Москву - все это ушло, вся эта пошлость, низость и нелепость, и их безобразные смехотворные облики - тоже: Коровьев превратился в мрачного фиолетового рыцаря, кот - в прекрасного юного мальчишку, Азазелло - в бледного демона в сияющих доспехах. В общем, так было задумано. Булгаков так выплескивал свою неприязнь.
Мастер. Он у меня тоже вызывал лютое отторжение. Его больная, исколотая иглами в психбольнице душа. Слишком уставшая, чтобы бороться. Слишком... слабая? У меня тяжелые отношения со слабостью. Я ее ненавижу. Когда она постоянная, а не временная (не путать с приступами слабости, которые есть у нас всех временами). Его отношение к Маргарите ну совсем не мужское. Слабое безвольное создание и безумная отчаянная женщина-ведьма, которая взяла все в свои руки и отправилась на бал к самому Сатане, чтобы вернуть себе свою любовь. На это больно смотреть.
И здесь тоже важно обратиться к биографии, чтобы понять скрытое (хотя не такое уж и скрытое). Мастер и Маргарита - это аллюзия на них самих. Это Михаил Булгаков и его третья жена Елена Булгакова, на руках которой он и умер, диктуя финальную версию своего последнего романа. Чернокудрая, зеленоглазая женщина, считавшаяся одной из главных красавиц Москвы. Описание никого не напоминает? Маргарита слово в слово была такой же. Усталость Мастера - усталость Булгакова - от болезней, зависимостей (пристрастия к морфию) и давления на писателей со стороны власти. И тот покой, что Мастер получает в конце (вместо света, потому что он не заслужил свет) - это то, чего так жаждал сам писатель. И вечный их дом с Маргаритой - сладкая предсмертная утопия, сказка о вечной любви, чтобы никогда не расставаться. Я плакала в финале. Он меня растрогал. Когда все маски спали. И я поняла что к чему. Это история не про красивую вечную любовь (ведь она была только со стороны Маргариты, отчаянно боровшейся до конца несмотря на то, как он ее отталкивал "ради ее же блага", и красивой ее не назовешь, она очень болезненная и страшная), не про назидание людям не вести себя дурно, как москвичи (хотя может и назидание, не так выразилась, может и про обличение пороков, скорее я хотела написать о том, что она не про наказание злых людей, потому что злых людей там нет, есть люди маленькие, обмельчавшие, жалкие своими поступками, помыслами и потребностями), не про то, какое злобное зло (ведь Воланд наградил Маргариту за старания и дал ей и Мастеру покой, ибо "Я – часть той силы, что вечно хочет зла и вечно совершает благо", природа зла здесь раскрывается иначе - как материя, без которой не существовало бы добра, и, более того, как сила, которая толкает к добру (парадоксальным образом без зла люди бы не осознавали куда стремиться), кроме того, некоторые поступки Воланда в целом как бы сами по себе достойны и великодушны). Эта история про все и про ничего. Фантазии больного умирающего человека о его жизни.
Которые он рассказал в форме сказки. О его болях, о его любви, о его желаниях, о его отношении к жизни и к смерти, к Богу.
Мне кажется, про эту книгу можно писать бесконечно. Слишком в ней много. Ведь в ней - вся его жизнь (та же тема высмеивания писательского мастерства, негодование по поводу его продажности, квартирные вопросы - язвы той эпохи). Я обещала, что будет сумбурно - вот, выполняю обещание.
Ершалаим. Город, ненавидимый прокуратором. Про него не сказала (это были мои любимые главы в этот раз - серьезные, философско-теологические, пропитанные душной жарой, как июль этого года, когда я и дочитывала эту историю). О чем была рукопись Мастера, которая стала его связью с Богом. Ведь он увидел эти события и перенес на бумагу. О малодушии. О трусости, как главном пороке. О наказании за нее. И в первую очередь самонаказании. О вечности. О прощении. Об искуплении. О любви. Да, Пилат любил Иешуа. Любил его свет и чистоту. Они преображали его. И потому он так сильно хотел увидеть его снова. Он смеялся над его "все люди - добрые" и в то же время тосковал по его возмутительной наивности и вере в людей и мир. Я бы тоже никогда ничего подобного не сказала (у меня другое представление о доброте), но на то я и не Иешуа.
Как же много мыслей. Но на этом пока закончу. Да, финал был сильный. Когда Мастер прощался с их подвалом, с городом - защемило сердце и у меня. Когда они летели в грозу во тьме среди грома и молний - тревожно стало и мне и не по себе. Перед концом. Перед уходом из этого мира. Когда цирковая нелепость спала, а с нею и ненависть - вздохнула с облегчением, что этим не закончится, что все все же иначе. Но тема освобождения, поданная, как смерть - есть покой, есть освобождение, далась мне с тоской. Не хочу видеть освобождение и покой только в смерти (меня никто и не заставляет, это видение Булгакова, но все равно как-то печально, ведь, может, он был и прав?). Похоже, я буду писать до бесконечности. Слишком меня задела эта история. Пусть на этом будет все.
